Тут Евгений Валерьевич Гришковец заявил следующее: "Мне стыдно за вальяжную позу и заданные премьеру Путину вопросы писателя Прилепина. Ужасно стыдно. Но я умылся – и дальше работать".

Верно ли предположить, что пока Гришковцу было стыдно, он сидел неумытым?

Вспоминается история от В.В. Маяковского. Горький как-то, когда Маяковский был молод, посетовал: "Боюсь, что из Маяковского ничего не выйдет". Маяковский потом так пересказывал эту историю. "Горький просыпается ночью и кричит: "Боюсь! Боюсь!" К нему сбегаются домочадцы, несут мокрые полотенца и валерьянку. "Чего напугались-то, Алексей Максимович?" - спрашивают. "Боюсь, что из Маяковского ничего не выйдет!" - отвечает Горький, вздрагивая.

Я так сразу себе и представил, как сидит Евгений Валерьевич за столом, может быть, слегка подшофе, и, подобно чеховским героям, плачет, и мнёт лицо своё нервными руками, и вскрикивает: "Ох, стыдно! Стыдно мне! Стыии-дно как!.." К нему тоже сбегаются домочадцы, спрашивают: "Чего стыдно-то, Жень? Ну, что такое?"

"Стыдно за вальяжную позу Прилепина!" - говорит Евгений Валерьевич. И плачет.

Тут, конечно, входит на кухню жена его, она девушка строгая, и говорит: "Ну-ка, быстро умылся, и пошёл работать".

Куда деваться: умылся и пошёл работать.


...
Если что, вальяжная поза тут: http://www.youtube.com/watch?v=1NxAKU_sWy4